Александр Мурычев: системные риски не позволяют банкам снижать ставки по кредитам

Потребительское кредитование опережает темпы роста кредитования корпоративного сектора в четыре раза. О причинах доступности кредитов для предприятий реального сектора экономики и тенденциях развития банковского сектора в 2013 году в интервью "Российской газете" рассказал Председатель Совета Ассоциации «Россия», исполнительный вице-президент РСПП Александр Мурычев.

- Как бы вы определили тенденции развития банковского сектора в 2013 году?

А этот год мы имеем сниженные темпы прироста капитала к ВВП, более того, этот показатель составляет 9,8 процента к ВВП, против того, что мы имели более 10 процентов на январь 2011 года. При этом мы фиксируем падение достаточности капитала к принятым на себя обязательствам, он составляет около 13 процентов. Два года назад мы имели 17 и более процентов достаточности капитала к принятым на себя обязательствам кредитными учреждениями. Такие показатели капитала, как недостаточность и меняющаяся структура кредитования экономики, проблема с резервированием и с плохими активами - главные вопросы 2013 года.

Сегодня мы стали свидетелями стагнирования кредитования среднего и малого бизнеса. На этом фоне активно растет потребительское кредитование населения, что, с одной стороны, хорошо, а с другой стороны - мы все меньше вкладываем в реальную экономику. Увеличение объемов кредитования реальной экономики нефинансовым организациям за 2012 год возросло всего на 12,7 процента против 40,3 процента темпа прироста кредитования физических лиц.

- О чем это говорит?

- В 2012 году произошло снижение темпов роста ВВП, производства. На этом фоне потребность в деньгах ослабевает, риски растут, очень сильное давление оказывается на искореженную структуру отечественной экономики, которая все больше зависит от формирования бюджета за счет налогов от нефти, газа и прочего сырья. Напомню, что максимальная планка федерального бюджета советского периода за счет сырья, который иной раз так ругают, доходила до 20 процентов. Мы имели тогда по сути диверсифицированную экономику, конкурентную на международных рынках. Авиастроение, судостроение, станкостроение, атомная энергетика, биотехнологии, военно-промышленный комплекс, сельхозтехника - всем этим мы торговали с половиной мира. Нужна диверсификация. Я размышляю так: структурные преобразования, которые должны привести к диверсификации экономики в целом, это создание мотивированного не нефтяного, не сырьевого рынка.

Нужно создать мотивации, без которых ситуация не изменится. Во-первых, для тех производственных средних и малых компаний, которые стремятся интеллект и деньги вкладывать в производство, переработку. Им надо создать преференции. Второй источник - создать мотивацию крупным корпорациям, которые создавали бы вокруг себя тысячи, десятки тысяч малых производств и выводили бы туда непрофильные активы. Вкладывали деньги в создание центров переработки. Третий источник - те программы, о которых часто заявляет правительство. Существуют приоритеты, и туда вкладывается государственный ресурс. Хотя разговоров много и вложений вроде бы немало. Но эти ресурсы разбазариваются. Должен быть более эффективный контроль как со стороны государственных ведомств, так и Счетной палаты, Генеральной прокуратуры и правоохранительных органов. Горький опыт 2008 -2009 годов, когда деньги просто раздавались банкам, нужно учитывать. Деньги явно не пошли в производство. Когда мы говорим о мотивированной инвестиционной экономике, деньги должны аккумулироваться государством и под жестким контролем перераспределяться по рынку через банки, которые открывают для этих целей специальные счета. Но исключительно по тем программам, которые являются приоритетными для государства, т.е. являются целевыми вложениями.

- Как зависит российский банковский сектор от ситуации в Евросоюзе?

- Россия интегрирована в международные рынки, где сегодня очень штормит. Мы видим, что объемы поставок нефти падают, так как потребности в нефти в Европе снижаются. А со Старым Светом у нас традиционно тесные связи. 50 процентов внешней торговли - это очень большой рынок. При этом конъюнктура пока еще высокая, цена за баррель крутится вокруг 109 долларов. При этом с 14 февраля, достигнув высшего предела за три месяца (118 долларов), цена упала на 9 долларов. Однако на банках ситуация в Европе пока никак не отражается. Пока.

- Как сделать так, чтобы банки вкладывали в производство?

- Сегодня это не удается. Банковский сектор существует как бы параллельно с самой экономикой. Экономика растет очень слабо, а финансовые результаты банковской системы за 2012 год беспрецедентны - 1 триллион рублей. За последнее время кредитование физических лиц за счет потребительского кредитования увеличилось в четыре раза по сравнению с темпами роста корпоративного кредитования. С другой стороны, потребность в кредитах для корпоративного сектора явно уменьшилась. Акционеры не видят перспективы рынка сбыта своей продукции, ответственные хозяева не хотят залезать в очередные кредиты, потому что их нужно отдавать. Тем не менее по Doing Business одна из главных проблем - доступность кредита. Если снижается индекс потребительской корзины, то есть инфляция падает, цена денег соответственно должна снижаться для выдачи кредитов. Так происходит в мире. В России не так. Ставка рефинансирования снижается или стабильна, а цена денег растет. Оказывается, есть другие причины, которые не позволяют банкам снижать эти ставки. Потому что есть общесистемные риски, которые никуда не делись, неподдающиеся контролю растущие тарифы монополистов и др.

- А капитал как утекал, так и утекает...

- По итогам 2012 года ушло 56,8 миллиарда долларов. Только за январь отток достиг 10 миллиардов долларов. В 2011 году было 83 миллиарда. По нынешнему январю видно, что темпы опять увеличились. Но январь не показателен. Деньги уплывают в офшоры, в недвижимость, Казахстан, Прибалтику, там более комфортные условия. И бизнес туда уходит, тысячи предприятий мы теряем ежегодно. Проблема прежде всего в том, что мы, к сожалению, пока еще мало преуспели в устранении административных барьеров, совершенствовании судебной системы и защите интересов бизнеса как такового. Самый активный, малый бизнес уходит.

Значительная часть денег, уплывших из страны, идет на коррупционную составляющую. В России в год регистрируется около миллиона предприятий-однодневок, через которые уплывают десятки миллиардов долларов США. И этим правительству пора уже серьезно заняться. Предложения главы Следственного комитета РФ Александра Бастрыкина о создании финансовой полиции, которая бы, собрав весь арсенал инструментов раскрытия подобных схем увода денег из страны, препятствовала этому, я лично поддерживаю.

Интервью полностью читайте на портале "Российской газеты

Другие новости

Нашли ошибку в тексте?

Сообщите нам! Выделите ошибочный фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Ctrl
Enter
Вернуться к списку